Через 6 часов


с. 1 с. 2 ... с. 5 с. 6


1
Я открыла глаза и тут же снова зажмурилась от белого слепящего света. Лениво подумав о том, что пора бы вставать, я уткнулась лицом в подушку, а затем резко откинула тёплое одеяло и, лишая себя соблазна вновь отправиться в объятия Морфея, спрыгнула с кровати, потянувшись и отгоняя остатки сна, приблизилась к окну и ахнула. За ночь абсолютно всё от асфальта до ветвей деревьев укрыл ковёр искрящегося на утреннем солнце пушистого снега. Белый покров был ещё девственно чист, не иссечён дорожками следов ранних прохожих, лишь кое-где виднелись отпечатки собачьих лап и птичьи следы. Первый снег всегда был для меня маленьким праздником, который я ждала, с тоской наблюдая за медленно тянущимися слякотными осенними днями. В замечательном настроении я отправилась в ванную.

Через 6 часов


От радужного настроения, с которым я с утра вышла из дома, готовясь к великим свершениям, не осталось и следа. Мало того, что в университетском киоске у меня нахально увели последнюю позарез нужную методичку, мало того, что я весь день протаскала в сумке свою курсовую, напрочь позабыв сдать её преподавателю, так ещё и нежный белый снег превратился в противную коричневую кашу, хлюпающую под ногами, которой какая-то сволочь на синей «Хонде» окатила меня, стартовав с места со скоростью болида на гонках в Монте-Карло. Злая на весь свет, до самого носа замотавшись шарфом, я шла по тротуару, пытаясь запихнуть в сумку никак не желавший туда умещаться курсовик. Я почти справилась с этим, как вдруг столкнулась с кем-то и чуть не упала, но, удержав равновесие, выронила работу.

-Чёрт! Нет, ну что такое! – я готова была рыдать от злости. Моя, чёрт её раздери, роскошная курсовая в 36 страниц, в красивом переплёте теперь годилась разве что для сдачи макулатуры, вся мокрая и заляпанная грязью.

-Простите, я не хотел. Я просто очень торопился. Вы не ушиблись? – спросил кто-то у меня над ухом.

Я подняла глаза, готовая высказать этому субъекту все мои претензии, и с изумлением узнала в нём экс-«чёрненького из Smash!!», а ныне популярного сольного исполнителя Сергея Лазарева. «Какого чёрта ему на непрезентабельной московской улочке-то понадобилось?» - мелькнула у меня мысль. Лазарев поднял мою испорченную курсовую и подал мне, ослепительно улыбнувшись. Эта самоуверенная улыбка а-ля «ну ты ведь не злишься, детка» меня просто взбесила. Выхватив у него из рук свою работу, я смерила его уничтожающим взглядом и резко ответила:

-Со мной всё в порядке, а вот с моей курсовой – результатом моего двухмесячного труда – нет! Я, конечно, понимаю, что такая известная персона находится в постоянном цейтноте, но в следующий раз, когда будете куда-то торопиться, постарайтесь не забывать глаза дома.

Отвернувшись от него, я направилась в сторону метро, проклиная злую судьбу, неудачный день и так некстати встретившегося певца. Лишь спустя час, подходя к своему дому, я, поостыв, вспомнила, что, собственно, песни Сергея Лазарева мне нравятся и у меня даже есть его диск. «Хорошо, что я не его фанатка, а то бы сейчас терзалась, что не воспользовалась подвернувшимся мне шансом, встретив Актёра, Артиста и Певца», - со смехом подумала я.

Вечером, заново загрузив в печать многострадальную курсовую, я включила диск Don`t Be Fake. Пританцовывая под быстрый ритм заводной Fake, я подумала, что, в сущности, зря так наехала на бедного Лазарева. В конце концов, он не виноват, что у меня было плохое настроение.
2
На следующий день я таки донесла курсовую до своего преподавателя, отличилась на семинаре и думать забыла о своей нелепой встрече с Сергеем. Жизнь текла по-прежнему, без знаменательных происшествий, а я считала дни, оставшиеся до Нового года (о-го-го ещё сколько).

Прошла неделя. В один из долгих ноябрьских вечеров мои родители отправились в Международный Дом музыки на вечер авторской песни. Они и меня пытались приобщить к культуре, но я приобщаться наотрез отказалась (ну не люблю я авторскую песню! Разве что, некоторые композиции Никитиных). Уложив младшего брата спать, я уютно устроилась перед телевизором с огромной миской моих обожаемых кукурузных палочек и принялась «листать» каналы. Так… сериал, «Вести», снова сериал, вечер авторской песни… ой нет… футбол… какое-то ток-шоу… а, вот! Оставив MTV, я принялась тихонько подпевать новому хиту The Pussycat Dolls «Buttons». Затем картинка сменилась, заиграла яркими диско-цветами и гибкими девушками-танцовщицами, и на экране появился Сергей Лазарев. Я прибавила звук. Ого! Как двигается юноша! Я сама не заметила, как сползла с дивана и подобралась к телевизору поближе, ловя каждое движение на редкость пластичного певца. «Надо будет попробовать что-нибудь в этом духе на ближайшей университетской party,» - мелькнуло у меня в голове. Клип закончился крупным планом многозначительно поигравшего бровями Лазарева, а я задумалась. Только не это. У меня есть одна особенность, которую я сама называю «поздним зажиганием». Я могу увидеть человека несколько раз, долгое время с ним общаться и быть к нему совершенно равнодушной, а по прошествии долгого времени, иногда даже нескольких лет, влюбиться. Так произошло с одним моим одноклассником, в которого я влюбилась на пятый год после знакомства, с Джонни Деппом, которого я видела в нескольких фильмах, абсолютно меня не зацепивших, а после неподражаемого капитана Джека Bоробья просто зафанатела. Теперь главное, чтобы так не получилось с Сергеем Лазаревым, а то мысли что-то не туда направились... Хватит с меня и одного кумира. «Ой, гляди, превратишься в фанатьё!» - пригрозил мне внутренний голос, которому немедленно было велено заткнуться.

Я выключила телевизор и, вытащив из книжного шкафа толкиеновского «Хоббита», погрузилась в волшебный мир Средиземья.

Через два дня


-Ты вставать собираешься? – мама распахнула балконную дверь, впуская в комнату холодный ноябрьский воздух. Я поплотнее закуталась в одеяло.

-А сколько времени?

-Уже полдесятого, - ответила мама.

-Сколько? Сегодня же, в конце концов, воскресенье! Я чуть ли не каждый день в шесть встаю! – возмутилась я.

-Ложиться надо вовремя, а не в два часа ночи, - назидательно произнесла мама. – Сейчас быстренько позавтракаешь и отнеси папе его ноутбук и портфель. Он уехал по делам, но на полпути вспомнил, что оставил их дома. В общем, ноги в руки и через сорок минут ты должна быть возле «Марткауфа».

С обречённым вздохом я подчинилась. Позавтракав и нацепив джинсы, свитер и не очень новое, но любимое джинсовое пальто, я вышла из дома. Быстренько добежав до расположенного неподалёку магазина «Марткауф», я, прозрачно намекнув на нечеловеческие усилия, которых мне стоил ранний воскресный подъём, отдала папе требуемые вещи и направилась обратно через прилегающий к нашему дому небольшой парк. Тонкий слой раннего снега покрывал землю, на ветвях деревьев серебрился иней. Изменив своему правилу смотреть на термометр за окном перед выходом на улицу, я оделась довольно легкомысленно для холодного утра и сейчас немного мёрзла в своём лёгком пальто.

Внезапно ко мне подбежала крошечная собачка и принялась с любопытством обнюхивать мои сапоги.

-Привет, ты чей? – я присела на корточки и погладила малыша по ушастой голове. На бездомного он категорически не походил: чистый, ухоженный, упакованный в симпатичный яркий комбинезончик.

-Ну и как тебя зовут? – полюбопытствовала я. – На твоём ошейнике имя случайно не написано?

-Бизя, - внезапно ответил мне пёс.

Я подскочила от изумления и во все глаза уставилась на маленькое создание. Говорящая собака! Вот до чего доводят систематические нарушения режима и пренебрежение здоровым образом жизни!

Виновник моего ужаса, склонив голову набок, смотрел на меня умными карими глазами.

-Э-э-э… очень приятно, - неуверенно произнесла я. – Бизя… знакомое что-то… А я Ирина. А ты… вы…

-Можно на ты, - милостиво разрешило чудо природы.

-А почему ты один гуляешь? Ты вроде домашний.

-И что? Меня хозяин спокойно отпускает. Я, в случае чего, и адрес спрошу, и в дверь сам позвоню, - самым будничным тоном ответил Бизя.

У меня закружилась голова. Ладно, может, и существуют в природе говорящие собаки, способные спросить дорогу у встречного прохожего, но как…

-Как ты до звонка достаёшь? – осторожно осведомилась я.

Бизя фыркнул, словно удивляясь, как это я не понимаю очевидного.

-Ну, я конечно не дядя Стёпа, но и не лилипут, - произнёс весёлый голос прямо у меня над ухом.

Я вздрогнула и резко развернулась. На меня смотрели смеющиеся карие глаза, в которых плясали озорные искорки.

-Слава богу, - вырвалось у меня. – Я уже решила, что мне пора лечиться.

Лазарев (вы, наверное, об этом уже догадались) рассмеялся и подхватил Бизю на руки.

-Как твоя курсовая?

-Всё ОК, - улыбнулась я, про себя удивившись, что он помнит. – Ещё раз напечатала.

-Извини, что я…

-Ничего страшного, - перебила я его. – Прикольная у тебя собачка.

-А то! – с гордостью ответил Сергей. – Русский гладкошёрстный тойтерьер. Фан-клуб подарил.

-А что за имя такое – Бизя? – поинтересовалась я.

-Это первое, что пришло мне в голову. Ещё был вариант – Чуня, но я решил, что Бизя всё-таки лучше.

Вспомнив одну свою подругу, котёнка которой звали Кирпич, я благоразумно решила оставить при себе своё мнение о том, куда следует обратиться человеку, которому первыми в голову приходят клички Бизя и Чуня.

-Я тут живу недалеко, - продолжал Сергей. – Мы с Бизей часто в этом парке гуляем.

-Странно, - протянула я. – Никогда вас не видела. Я тоже поблизости живу.

Разговаривая о всякой ерунде, мы незаметно дошли до моего дома.

-Так ты здесь живёшь? – спросил Сергей.

-Да. Спасибо, что проводил.

-Не за что, – он придержал дверь подъезда. – Мы ведь даже не познакомились. Я Сергей, а тебя как зовут?

-Ира, - представилась я.

-Надеюсь, мы ещё увидимся, Ира, - улыбнулся Сергей.

-И я надеюсь. До встречи! Пока, Бизя! – я помахала им и, чувствуя, что заливаюсь краской, скрылась в подъезде.

Приехали! Краснею, как влюблённая пятиклассница! И всё-таки… хочется ещё раз его увидеть. Я улыбнулась своим мыслям и нажала кнопку вызова лифта.
3
Я зашла в квартиру, и бросила ключи на тумбочку.

-Отнесла? – громко спросила из кухни мама.

-Да, - ответила я. Видимо, что-то в моём голосе было не так, потому что мама выглянула из кухни и удивлённо на меня посмотрела.

-Ты чего такая красная? – спросила она.

-Это здоровый румянец от мороза, - я повесила пальто на вешалку и, привлечённая звуками новой компьютерной игры про Гарри Поттера, вошла в комнату к брату.

-Здорово, - бросил он, азартно орудуя мышкой.

-Привет, - я уселась рядом и принялась наблюдать за мечущимся по экрану компьютерным Гарри, который храбро отмахивался тоненькой волшебной палочкой от здоровенного дракона.

-А ты действительно на помидор похожа, - хихикнул он, взглянув на меня.

Я почувствовала себя уязвлённой.

-Я польщена. Нет бы комплимент сестре сделать.

Он ехидно улыбнулся.

-А правда, чего такая красная, а?

-Сказано же, холодно на улице! – ответила я раздражённо и ушла к себе.

Начинается… Вот почему, когда с человеком случается что-нибудь такое (какое, я, правда, и сама пока не понимала), его обязательно начинают допекать?


На следующий вечер

Я поздно возвращалась домой, потому что после трёх пар в институте ещё два часа зажигала под бодрую музыку на занятиях латиноамериканскими танцами. Уже стемнело, и я, устав как собака, решила сократить путь от метро и пройти через тот самый парк (вот говорят же всем: придерживайтесь элементарных правил безопасности!).

Наш парк освещается одним-единственным слегка покосившимся фонарём, который находится ближе к середине аллеи, а до этого нужно было довольно долго идти в темноте. Я же темноты не боялась и поэтому опрометчиво решила, что не случится ничего страшного, если я быстренько пересеку тёмный участок.

Разумеется, это было плохой идеей. Не успела я пройти и трети пути, как услышала позади шаги. Я вздрогнула и инстинктивно ускорила шаг. Неизвестный сделал то же самое. Тут уж я занервничала и почти побежала, к своему ужасу услышав, что человек несётся по дорожке, тяжело бухая ногами по земле.

-Стой! – хриплый страшный голос словно подстегнул меня и я рванула в полную силу, мысленно благодаря свою школьную учительницу по физкультуре за активные продвижения меня на постоянные соревнования по бегу и проклиная себя за дурацкую любовь в экстриму.

Но мой преследователь, похоже, тоже любил физкультуру, так как очень скоро догнал меня и развернул к себе. Я зажмурилась от страха и выпалила:

-Забирайте, что хотите, только не трогайте!

-Что ты мелешь? – меня грубо встряхнули за плечи. – Ты перчатку уронила, я тебя уже битый час пытаюсь догнать, кричу… Ты чего, не слышишь?

-П-п-перчатку? – дрожащим голосом спросила я, глядя на стоявшего передо мной верзилу в цветастой шерстяной шапке и брюках гармошкой. Выглядел он довольно уморительно и, не будь я так напугана, расхохоталась бы во весь голос.

-Держи, растеряха. Ходят тут всякие ненормальные, а ты за ними бегай! - проворчал он, протянул мне перчатку и скрылся в темноте.

Я стояла на месте, пытаясь унять бешеное сердцебиение. Да, такое, пожалуй, только со мной могло приключиться! Немного успокоившись, я засунула злополучную перчатку в сумку и продолжила путь.

Я уже миновала парк и вышла на узенький тротуар, как вдруг сзади из маленького проулка, взвизгнув шинами, вывернула машина. Я, нервная от только что пережитого страха, с криком шарахнулась в сторону и вовремя: роскошный чёрный «Туарег» затормозил как раз на том месте, где я только что стояла.

Когда из машины выскочил Лазарев и подбежал ко мне, я уже даже не удивилась. Сердце бухало отбойным молотком и, казалось, готово было выскочить из груди.

-С тобой всё нормально? – он схватил меня за плечи. – Я тебя не задел?

Я смотрела на его побледневшее лицо и почти чёрные от ставших огромными зрачков глаза и не могла произнести ни слова.

- Да скажи что-нибудь! – прикрикнул на меня Сергей.

- Всё нормально, - с трудом разомкнув губы, произнесла я.

- Испугалась сильно? На тебя лица нет!

- Да уж, наверное, - невесело усмехнулась я.

- Выглядишь ужасно, - не успокаивался он.

Мне захотелось его стукнуть. Нет, вы видали? Чуть не убил меня, можно сказать, и его ещё не устраивает мой внешний вид!

- Ну спасибо, - едко ответила я.

- То есть, я не в том смысле…

- Да я так и поняла! Не оправдывайся! – я высвободилась из его рук. – Я просто уже была сильно напугана и поэтому…

- А что случилось? – полюбопытствовал он.

Я рассказала ему о своих приключениях в парке. Он расхохотался, и мне стало немного обидно.

- Тебе смешно, а меня до сих пор колотит. Как вспомню…

Сергей улыбнулся.

- Больше не ходи по тёмным местам одна, - он приобнял меня за плечи.

- Не буду, папочка! – я насмешливо посмотрела на него снизу вверх. Он улыбнулся с лёгким оттенком самодовольства.

- Слушай, раз уж мы встретились… У меня на этих выходных спектакль в театре, не хочешь сходить?

- А как спектакль называется? – с интересом спросила я.

- «Одолжите тенора». У меня там очень смешная роль!

Я улыбнулась. Соблазн увидеть смешного Лазарева был велик.

- А ты хорошо играешь? – мне было интересно, как он ответит.

- Я получил за эту роль три театральных премии, - с достоинством произнёс Сергей. – Ну, я думаю, неплохо. Людям нравится. Я возьму тебе контрамарку в первый ряд, – прибавил он.

- Спасибо, но лучше второй или третий. На первом неудобно – голову постоянно нужно задирать.

- Без проблем, - согласился он. – А после спектакля я тебя подвезу, а то ещё, чего доброго, опять будешь шастать по тёмным закоулкам!

Ну разве можно устоять против такого аргумента?

- Пойду с удовольствием, - улыбнулась я.


4
В субботу я с самого утра была в предвкушении вечернего спектакля. Мы с Сергеем договорились, что в театр я приеду сама, а после спектакля он отвезёт меня домой. До самого «часа икс» я как-то не задумывалась о трудностях, с которыми сопряжёно любое культурное мероприятие, и незадолго до выхода из дома передо мной во всей красе встал очень банальный, но от этого не менее важный вопрос: что одеть?

Обычно я, как девушка современная и занятая, ношу одежду в стиле casual и всем нарядам предпочитаю джинсы, свитера и рубашки. Но ведь в театр так не пойдёшь. Я в задумчивости стояла перед шкафом. Вот красивый замшевый пиджак, но к нему нет брюк, а с моими любимыми широкими джинсами с бесчисленными карманами он вряд ли будет хорошо смотреться; алое короткое платье – отлично подчёркивает фигуру, но всё-таки ноябрь на дворе, а пальто у меня не то чтобы сильно тёплое, да и вообще, слишком смело для обители Мельпомены; очаровательное длинное голубое платье с кружевным болеро, ставшее предметом зависти моих одноклассниц на выпускном - совсем смешно.

Внезапно меня осенило. Ну как я могла забыть? Из недр шкафа был извлечён элегантный светло-серый в полоску костюм. Я купила его в весной, потому что, бродя как-то по магазинам и примерив, просто влюбилась в него. Он идеально сидел и был не лишён духа современности: низко сидящие на талии, слегка расклешённые внизу брюки, приталенный пиджак из мягкой струящейся ткани – как раз то, что нужно для сегодняшнего вечера!

Я надела белую рубашку с отложным воротником, костюм и удобные полусапожки на небольшом каблучке, добавила к образу изящные серьги-кольца, слегка подчеркнула ресницы и губы косметикой и взглянула в зеркало. А что, очень даже… Накинув пальто и поавантажней обмотав шею длинным шарфом, я, провожаемая пожеланиями родителей приятно провести вечер, отправилась в культпоход.

По дороге к метро мне на глаза попалась цветочная палатка. Немного подумав, я решила купить букет. Конечно, в метро с цветами не слишком удобно, но, может быть, Серёже будет приятно… Надо же, я впервые назвала его про себя не Сергеем и не по фамилии, а Серёжей. Интересно, а как он меня про себя называет? Может, Иришей или Ирочкой? Главное, чтобы не Иришкой – терпеть не могу.

Рассмеявшись своим мыслям, я купила приглянувшийся мне букет и спустилась в метро.


Через час

Отдав пальто приветливой пожилой гардеробщице и купив программку, я решила пройтись по фойе, рассматривая фотографии режиссёров и артистов на стенах. Попутно я отметила, что среди пришедших насладиться представлением, много девочек и девушек с пышными букетами и подарочными пакетами в руках. Мимо меня прошла девочка в надетой поверх белой блузки маечке с яркой надписью Don`t Be Fake. Я не сдержала улыбки. Понятно, на кого в основном пришли посмотреть. Отрадно было видеть довольно много супружеских пар средних лет и элегантно одетых пожилых женщин, одна из которых, в накрахмаленной блузке, идеально ровно держащая спину, с изящным мундштуком в узкой руке словно перенеслась из начала XX века.

Я со свои букетом и без сопровождения среди пар и компаний чувствовала себя немного скованно и чтобы отвлечься, стала просматривать программку. Изучив страничку «Ближайшие премьеры», я открыла программу собственно спектакля. Так… Тито Мерелли, Мария, Сондерс, Мэгги… Макс, ассистент Сондерса – Сергей Лазарев. Режиссёр, художники… О! В спектакле звучит музыка Верди и Россини. Замечательно! Я с трудом дождалась звонка и пошла в зал. Серёжа не подвёл – место во втором ряду, в самой середине. Положив букет на колени, я разглядывала зал, быстро заполняющийся зрителями.

Наконец, свет погас и занавес открылся.


5
Занавес открылся, заиграла волшебная La Donna e mobile, и на сцене появилась юная светловолосая девушка в лёгком розовом платье. Она, завороженная арией, то опускалась на стул, то принималась кружиться в танце. Внезапно дверь в глубине сцены распахнулась дверь, и вбежал смешной недотепа в очочках, с прилизанными волосами и большим носом, держащий в руках огромный букет роз. Зал зааплодировал, какая-то девочка рядом со мной тихонько ойкнула. Я оторопела. Это… Лазарев? Невероятно! Парень скользнул взглядом по залу, и я, невольно съёжившись, сползла в своём кресле вниз.

Через две минуты я уже забыла о своём недоумении и хохотала вместе с залом над злоключениями неудачника Макса в нелепой жилетке и смешных брюках на подтяжках, которого постоянно шпыняет начальник и не воспринимает всерьёз собственная девушка. Сергей действительно заслуживал оваций, которыми его щедро награждали зрители, заслуживал за то, что не боялся выглядеть на сцене жалким и смешным, за то, что сумел полностью заставить забыть обаятельного и дерзко-сексуального певца Сергея Лазарева, и видеть только актёра и созданный им образ. А его потрясающие партнёры! А великолепная Libiamo Ne' Lieti Calici в его исполнении!

Два часа пролетели как одна минута, и вот уже актёры выходят на поклоны. Долгие овации, от которых онемели ладони, сияющие улыбки артистов и цветы, цветы… На сцене росла гора букетов, пакетов, сумочек и коробочек, которыми задаривали Сергея восхищённые поклонницы, он ослепительно улыбался, принимая всё это… Я, тщательно оберегая свои цветы от девичьего натиска, пробралась через толпу вплотную к сцене и протянула Серёже букет. Он взял его и поднял на меня глаза. На его лице появилась сначала удивлённое, а потом радостное выражение. Видимо, перемены в моём образе произвели на него впечатление. Он наклонился ко мне и произнёс в самое ухо:

- Ты потрясающе выглядишь! Подожди меня, хорошо?

Я польщённо улыбнулась и заметила, что девушки у сцены смотрят на меня с удивлением, а некоторые и с неприязнью. Слегка смутившись, я отстранилась от него.

- Подожду, - я поспешила к выходу и услышала за спиной разочарованный полувздох-полустон множества голосов «Ну Серёёёжа…», свидетельствовавший о том, что Сергей, видимо, убежал за кулисы.

Выйдя из здания театра на освещённую фонарями улицу, я поёжилась под пронизывающим ветром и вдруг вспомнила, что мы не договорились, где именно встречаемся. Может, у служебного входа? Я обогнула здание и содрогнулась, увидев толпу, вооружённую блокнотами, журналами, плакатами и фотоаппаратами. Как они друг друга не передавят? Чтобы я когда-нибудь так мучалась ради автографа… Увольте. Неужели Сергей после каждого спектакля или концерта подвергается подобному экстриму?

- Бу! – раздалось у меня за спиной.

Я оглянулась и увидела довольного Лазарева в закрывающей пол-лица кепке со здоровенным козырьком.

- Как это ты так оперативно? – изумилась я.

- А я просто в темпе переоделся и вышел через центральный вход, - сообщил Сергей, явно гордясь своей сообразительностью.

- Они ведь тебя ждут, - заметила я, кивнув на подпрыгивающих от холода девушек.

- Меня ждёшь ты, - серьёзно ответил он.

Я, кажется, опять покраснела, надеясь, что вечером это, наверное, не так заметно.

- Спасибо за цветы.

- Не за что. Ты, правда, отличный актёр!

- Спасибо, - он улыбнулся. - Пойдем?

Мы подошли к его машине, Сергей щёлкнул брелоком сигнализации и галантно открыл мне дверцу. Устроившись внутри, я с удивлением рассматривала необычную двухцветную кожу сидений и колонки суперсовременной стереосистемы. Обойдя машину, Серёжа уселся за руль и сдёрнул с голову кепку, но тут же нахлобучил её обратно.

- Эй, зачем? Сними! – запротестовала я.

- У меня причёска максовская, некрасиво, - возразил Серёжа. – Нет, нет!

Я, не обращая внимания на возражения, стащила с него кепку и взъерошила жёсткие от обильного количества геля для укладки волосы.

-А теперь посмотри в зеркало.

Серёжа уставился на своё отражение в зеркальце над ветровым стеклом.

- Мдааа, - протянул он, разглядывая растрёпанные пряди, в беспорядке спадающие на лоб.

- Ёжики отдыхают, - улыбнулась я. Он выглядел очень мило и как-то… трогательно, что ли.

- Благодарю за комплимент, - проворчал Лазарев, заводя мотор и включая радио.

- Как там Бизя поживает? – осведомилась я.

- Просил передать, что соскучился, - Сергей, улыбнувшись, посмотрел на меня. – Ремень пристегни.

- Ах да, прости, забыла, - я пристегнулась. – Ему привет.

«На нашей волне новая песня Сергея Лазарева «Вспоминай», - возвестил голос диджея.

- Сделай погромче, - попросила я.

Сергей увеличил звук и всё время, пока шла песня, искоса посматривал на меня, видимо, стараясь понять, нравится мне или нет.

Мягкая мелодия и нежный ласковый голос словно обволакивали и погружали в задумчивость.

- Ну как?

Я встрепенулась. Оказывается, песня давно закончилась и идёт какое-то интервью, а Серёжа выжидающе смотрит на меня.

- Мне понравилось, - ответила я. – Серёж, ты бы лучше на дорогу смотрел.

Он улыбнулся и переключил внимание на автостраду, а я задремала, убаюканная мягким ходом машины и приглушёнными звуками «Европы +».

6
- Приехали, - вернул меня к реальности голос Сергея.

Я лениво приоткрыла глаза. Было так уютно и тепло, что не хотелось даже двигаться, но всю ночь в Сережиной машине я провести, разумеется, не могла.

- Спасибо за транспортировку, - пробормотала я, выбираясь из салона на холодную улицу.

- Всегда пожалуйста, - мой шофёр тоже вылез из машины и приблизился ко мне. – Как ты посмотришь на то, чтобы совершить ещё одну культурную вылазку?

- Какую? – меня клонило в сон, и я трудом вслушивалась в его слова.

- На лёд.

- Куда? – мою сонливость как рукой сняло.

- На лёд, на коньках покататься, - повторил Сергей.

- Понимаешь, - я замялась, - я не умею. Могу только проехать по прямой и медленно.

- Ну и что? – удивился он. – Я тоже не умел. И я приглашаю тебя покататься просто для удовольствия. Заодно и научишься.

- Ну… ладно, - нерешительно согласилась я. Перспектива во всей красе продемонстрировать свою неуклюжесть меня, признаться, не радовала.

- Отлично! – просиял Лазарев. – Я тебе позвоню, и договоримся, когда, хорошо?

Он вошёл со мной в подъезд, пропустив меня вперёд, и нажал кнопку вызова лифта. Когда створки лифта с неприятным скрипом разъехались, он быстро поцеловал меня в щёку и, пробормотав что-то вроде «Пока!», выскочил из подъезда, оставив меня в полнейшем недоумении. Я осторожно дотронулась до щеки и в который раз за последние дни почувствовала, как начинает гореть лицо. Никто кроме Лазарева не заставлял меня столько краснеть.
На следующий день

Проснувшись утром, я порадовалась, что в приступе сознательности выполнила все задания для ВУЗа в пятницу, и решила ещё немного понежиться в постели, вспоминая вчерашний вечер. Вдруг я подскочила, вспомнив, ЧТО предложил Сергей, и как я ответила. Господи! Я же на коньках просто опозорюсь! Мне придётся либо передвигаться, держась за бортик, либо попросить Лазарева постоянно возить меня на руках. Второе, конечно же, очень заманчиво, но даже у меня не хватит на такое садизма. И чем я только думала, когда соглашалась на подобную авантюру? Я стояла на коньках всего раз в жизни (именно стояла; сказать, что я каталась, значило бы нагло соврать), и это оставило мне самые неприятные воспоминания. За десять минут я умудрилась свалиться раз тридцать и разбила в кровь локти и колени. Всего этого хватило, чтобы понять, что мой организм совершенно неприспособлен к данному виду спорта.

Придя к выводу, что виной опрометчивого согласия стало моё сонное состояние, я твёрдо решила отказаться, когда Серёжа вновь заведёт разговор о катании. Мои невесёлые размышления были прерваны сигналом мобильного, возвещавшим, что пришло сообщение.

«Доброе утро! Помнишь, о чём мы вчера договаривались? Если я через час заеду за тобой, будет нормально?» - прочитала я и быстро настрочила в ответ: «Извини, но я не смогу с тобой покататься». Вместо ответного сообщения раздался звонок.

- Привет! – раздалось в трубке. - А почему? Ты занята?

- Нет, просто я буду не кататься, а падать, - объяснила я. - На льду я полнейший ноль, и тебе будет со мной элементарно скучно.

- Ерунда! – решительно заявила трубка. – С тобой мне точно скучно не будет.

- Серёж…


- Пожалуйста, - перебил он. – Я, правда, хочу с тобой покататься. И я обещаю, что научу тебя.

- Хорошо, - сдалась я. – Только в случае чего ты будешь заниматься моим лечением!

- Вот и отлично! – повеселел Сергей.
Через два часа

- Расслабься, - посоветовал Сергей. – Ты нормально держишься.

Двадцать минут назад его джип подъехал к небольшому закрытому катку, он помог мне зашнуровать коньки, и я опасливо ступила на лёд, мёртвой хваткой вцепившись в его руку.

- Мне придётся гипс накладывать, - пошутил Лазарев. – Погоди-ка.

Он мягко высвободил свою руку, обнял меня за талию и легко заскользил по льду вместе со мной.

- Вот так… хорошо… чуть плавнее скольжение, - командовал он. – А теперь…

Он резко толкнул меня вперёд, а сам метнулся в сторону. Я взвизгнула от неожиданности, но каким-то чудом удержалась на ногах и, проехав метров пятнадцать, затормозила и повернулась к Лазареву, готовая высказать всё, что о нём думаю.

- Вот видишь, - он стоял, опершись на бортик, и смеялся. – Всё можешь!

Злость на него куда-то улетучилась, и я тоже рассмеялась.

- А тебя тоже учили кататься при помощи шоковой терапии? – спросила я, приблизившись к нему и ухватившись за бортик.

- Нет, - с самым серьёзным выражением лица ответил он. – Моё обучение происходило в гораздо более жёстких условиях. Тренеры выпихивали меня на лёд и не давали приблизиться к бортику, а как только я замедлялся, начинали бить. Но метод оказался действенным. Смотри, - оживился Серёжа. - Я тебе сейчас кое-что покажу.

Он выехал в центр катка, на секунду замер, а потом, резко разогнавшись, сделал четыре головокружительных прыжка, похожих на те, что он когда-то «смазал» в «Танцах на льду»; только сейчас они были исполнены безупречно.

- Здорово! – восхитилась я. Серёжа, шутливо поклонившись, направился ко мне, но вдруг, неловко взмахнув руками, поскользнулся и упал навзничь.

- Серёж, с тобой всё нормально? – испуганно спросила я. – Тебе больно?

Сергей не ответил и продолжал лежать без движения. Я, отделившись от бортика, неуклюже подъёхала к нему и увидела, что его глаза закрыты. Тут уж я перепугалась по-настоящему.

- Серёж, - я принялась трясти его за плечо. – Серёжа, очнись! Ты… Серёж, пожалуйста!

Он не отвечал. Мне даже показалось, что его лицо стало чуть бледнее.

- Господи, что же делать? – я чувствовала, что сейчас расплачусь.

Я снова взглянула на него и опешила, увидев, что он, по-прежнему с закрытыми глазами, пытается сдержать хихиканье.

- Ты… - я задохнулась от возмущения.

- Я гениальный актёр, - гордо произнёс Лазарев, открывая глаза и поднимаясь на ноги.

- Ты идиот! Ты хоть понимаешь, КАК я испугалась?

- Ир, я пошутил…

- Не смешно! - я оттолкнула его, разогналась до жуткой для себя скорости и, больно ударившись о бортик, влетела в раздевалку.



7
Я сдёрнула олимпийку и швырнула её на полку с вазочками, полными пыльных пластмассовых цветов. Вообще вся раздевалка производила впечатление лёгкой запущенности.

- Ир, ну чего ты завелась? – забубнил Лазарев, входя следом за мной в раздевалку. – Это же была просто шутка!

- Значит, у тебя паршиво с чувством юмора! – рявкнула я, яростно дёргая шнурки коньков. Почему-то немного дрожали руки. Сергей, похоже, это заметил. Он присел передо мной и осторожно взял мои руки в свои.

- Ты действительно испугалась? – тихо спросил он.

Я попыталась вырваться, но он только крепче сжал мои запястья.

- Ответь, - настаивал он.

- Да, - неохотно призналась я, стараясь не смотреть на него.

- Почему?

«Он идиот или прикидывается?»

- Из-за тебя, придурок!

Сергей смущённо на меня взглянул, а потом очень тихо произнёс:

- Извини меня.

Он опустил глаза и принялся распутывать узлы на шнурках моих коньков. Я молчала. Внезапно Сергей поднял голову, наши взгляды встретились, и он подался вперёд. Его лицо было так близко… И зачем парням такие красивые ресницы…

И тут моя олимпийка, которая уже давно угрожающе соскальзывала с полки, наконец, упала, зацепив по пути все эти дурацкие вазочки и создав оглушительный в царившей до этого тишине грохот. Нас словно током шарахнуло. Мы немедленно отпрянули друг от друга, Сергей, снова опустив голову, начал лихорадочно дёргать шнурки, а я заинтересованно разглядывала слегка потрескавшийся потолок.

- Э-э-э… ты знаешь, я что-то проголодался, может быть, в кафе сходим? – каким-то неестественным голосом предложил Лазарев, расправившись, наконец, со шнурками.

- Отличная мысль! – с фальшивым энтузиазмом воскликнула я (ну зачем, зачем я согласилась?).


Через час

Мы сидели в «Кофе-Туне» и пили обжигающий кофе, избегая смотреть друг на друга и изредка перебрасываясь замечаниями вроде «Пирожное удалось» или «Какие салфеточки оригинальные». Атмосфера была крайне напряжённая, и я мучительно старалась выдумать предлог, чтобы поскорее сбежать оттуда. Внезапно произошло кое-что, разрядившее обстановку.

Мимо нашего столика на крейсерской скорости пронёсся к барной стойке какой-то парень, до самых глаз укутанный толстым вязаным шарфом.

- Капуччино с шоколадным тортом и побыстрее, - его глуховатый голос показался мне знакомым.

Стоя к нам спиной, парень размотал шарф, открыв взъерошенный мелированный затылок, расплатился за свой заказ и, взяв поднос, обернулся. Он обвёл взглядом зал, ища свободный столик, и вдруг задержал взгляд на нас. Потом улыбнулся и подошёл.

- Привет, Серёжа.

- Влад! Привет! – Сергей заулыбался и обратился ко мне. – Ира, знакомься, это Влад.

- Рада знакомству! – улыбнулась я, сразу почувствовав симпатию к кареглазому парню.

- Взаимно, - Влад с интересом переводил взгляд с меня на Серёжу.

- Присаживайся, - предложила я, видя, что Влад всё ещё переминается с ноги на ногу, рискуя уронить свой поднос.

- Спасибо, - обрадовался он, аккуратно опустил поднос на столик и, подтащив третий стул, уселся.

Его появление оживило нашу вялотекущую беседу, и через пару минут мы трое уже весело болтали, обсуждая всё на свете.


Через три дня

Я шла домой от метро по скользкому от первого ледка тротуару, поминутно оступаясь и стараясь не упасть. Вдруг мне на глаза попался киоск «Пресса», и я вспомнила, что уже который день забываю купить программу на неделю. Подойдя к лотку, я заплатила за журнал и хотела уже идти, как вдруг зацепилась взглядом за яркий заголовок какой-то жёлтой газеты. Присмотревшись, я прочитала: «Новая пассия популярного певца Сергея Лазарева. Кто в очередной раз украл сердце народного любимца?»

У меня внутри что-то оборвалось. У него есть девушка?!
8
- Дайте мне, пожалуйста, вон ту газету, - плохо слушающимися губами попросила я лоточницу.

- Пожалуйста, - она протянула мне периодику.

Отойдя в сторону от бегущей из метро толпы, я открыла первый разворот и прочитала: «Популярный певец Сергей Лазарев не первый год является предметом воздыханий юных девушек и меняет свои увлечения, как перчатки («Серьёзно?»). Вот и на днях нашему корреспонденту удалось («Вот счастье-то привалило!») увидеть очередную пассию девичьего кумира. Личность девушки установить не удалось («Такое ощущение, что речь идёт о привезённом в морг трупе!» - фыркнула я), однако, по-видимому, она не имеет отношения к шоу-бизнесу».

Рядом с заметкой красовалась фотография, взглянув на которую, я сперва возмутилась (ну почему в профиль? У меня анфас лучше! Ну или вполоборота ещё), а потом, когда до меня дошло, КОГО называют «пассией» Лазарева, расхохоталась. Несмотря на жуткое качество снимка, в запечатленной рядом с Сергеем девушке я с изумлением и облегчением узнала себя.

Я стояла и смеялась, прохожие подозрительно косились в мою сторону, но мне было всё равно. Интересно, а Серёжа это видел?

Вдруг кто-то дотронулся до моего плеча. Я обернулась и узнала своего одноклассника (того самого, нравившегося мне в выпускном классе). Я видела его впервые после выпускного бала (так уж вышло).

- Привет, Кир, - я улыбнулась ему.

- Привет, Ириш! – он с интересом разглядывал меня, словно видел впервые. – А ты изменилась. Как там, на втором курсе?

Здесь необходимо сделать небольшое отступление и пояснить, что я в последние два школьных года параллельно училась в колледже при моём университете и после одиннадцатого класса поступила сразу на второй курс.

- Неплохо, - ответила я. – А ты как?

- И я. Между прочим, очень усердно занимаюсь.

Я недоверчиво подняла брови. Насколько мне известно, Кирилл никогда не отличался особым прилежанием.

- А что за статью ты читаешь? – полюбопытствовал он, заглядывая в передовицу. Пробежал заметку, рассмотрел фото, присвистнул. – Вот она, слава! Если я не ошибаюсь, «в очередной раз украла сердце народного любимца » ты?

- Ты ошибаешься, - сухо ответила я, сворачивая газету и бросая её в ближайшую урну.

Кирилл сверлил меня взглядом, который мне очень не понравился.

- Не надо на меня так смотреть, - холодно произнесла я. – Мы с Сергеем общаемся. Это преступление?

- О, нет, конечно! Но я о тебе забочусь, - он придал своему лицу выражение искреннего участия. - Имей в виду, таким парням, как Лазарев, нельзя заводить серьёзные отношения. Ну, знаешь, иногда это даже в контрактах оговаривается: нельзя жениться, заводить детей и так далее. Им нужны девушки на короткий срок, чтобы…

- Ты абсолютно прав, - перебила я. - Главное, проверить, не истёк ли у неё срок годности и сколько надо будет платить за аренду.

Кирилл уставился на меня, а я отвернулась и, бросив «Пока!», направилась к дому. Мне было противно. На что он тут намекает? Короткий срок, длительный срок… Речь ведь идёт не о вещи!
На следующий день

Я выходила из торгового комплекса в центе города, обвешанная пакетами, как новогодняя ёлка игрушками. Вообще-то, я давно собиралась совершить променад по магазинам, чтобы обновить свой зимний гардероб, но выбралась только во второй половине ноября. Само собой, пополнением одёжного шкафа дело не ограничилось: я вспомнила, что неплохо бы прикупить парочку дисков с фильмами (сколько проторчала в аудио-видео отделе и говорить не буду – стыдно), обнаружила, что у меня на исходе тушь и блеск для губ, а кисточка для пудры вообще в катастрофическом состоянии, пришла в восторг от уютной тёплой пижамы с лопоухими зайцами, а симпатичного керамического львёнка приобрела, руководствуясь наиважнейшей причиной – «хочу». В итоге я еле-еле удерживала объёмистые сумки и с ужасом представляла перспективу добираться домой переполненной подзёмкой.

- Привет! – вдруг произнёс кто-то.


с. 1 с. 2 ... с. 5 с. 6

скачать файл